Интервью с Мендыбай Алиным, художником и создателем нашей ТЕНГЕ

Еще в ноябре 2013 года, ко дню 20-ти летия тенге, состоялось интервью между Алевтиной Донских и Мендыбай Алиным. Так как данная статья показалась нам очень интересной и позновательной, мы решили поделиться ею с вами и ниже предоставляем оригинальное интервью с сайта "Казахстанская правда".

 

Дизайнера удалось выловить между полетами по странам и континентам, «приземлив» на полчаса в алматинском кафе. «Живете как птица в полете, Мендыбай Койшыбаевич. Опять новый проект?» – поинтересовалась у художника, предваряя интервью. Вместо ответа он достал буклет – the Bluebird. На титуле – все громкие в банкнотном деле имена: Oberthur Fiduciaire. Fortress. Landquart, а также логотипы Национального Банка РК и Казахстанской банкнотной фабрики.

– «Синяя птица» Мориса Метерлинка осенила банкнотчиков, подняв над обыденностью? Но, по сказке, птица меняет окраску с синей на черную, как только ее сажают в клетку...

– Синяя птица – это всегда мечта. Мы не «стреножим» мечту – мы ею делимся. С закрытыми глазами ничего нельзя увидеть, говорится в этой известной сказке. Нужно быть смелым, чтобы видеть скрытое – будущее. Банкноты всех стран и всех веков всегда отражают прошлое, повествуют о настоящем и делятся мечтой. Даже если на протяжении многих лет, кажется, что в банкнотах ничего не меняется, это лишь видимое, кажущееся ощущение. Если присмотреться, даже на самых привычных банкнотах мира постоянно появляются меты времени: более современные элементы защиты, новая бумага, краски. И даже при внешней сохранности прежнего дизайна появляются символы, которые в той ли иной степени несут не только защитную, но и художественную, смысловую нагрузку.

– Смею предположить, что «Синяя птица» как-то связана с новой 20-тысячной банкнотой?

– Точнее – с новыми мировыми направлениями банк­нотного дела. В проекте the Bluebird, который обкатывается на базе нашей Банкнотной фабрики, вновь тестируются новые технологии, краски, бумага, защитные элементы. Не исключено, что эти элементы по отдельности или в какой-то комбинации будут применены на обновленных банкнотах ряда стран. Потому что они – принципиально новое слово в дизайне и защите банкнот.

Лицензия на эксперимент

– Получается, что мы первыми берем все новации мира и, по крайней мере, на постсоветском пространстве становимся законодателями мод в печатании денег?

– Давай сместим акцент: просто за двадцать лет развития отечественного банкнотного дела у нас выстроилась система, позволяющая нам апробировать новейшие защитные элементы и свойства банкнот. Сейчас мы участвуем во всех разработках ведущих мировых производителей краски, бумаги, защитных элементов.

– И чем мы обязаны такой привилегии?

– Во-первых, нашей Банкнотной фабрике и мне лично, как дизайнеру, с профессиональной точки зрения интересно участвовать в подлинно новаторской работе. А во-вторых, благодаря сложившейся практике внедрения новейших разработок международных компаний. У нас отработана четкая, трехступенчатая система апробации, адаптации, доведения до промышленного образца новых элементов для банкнот.

Первая ступень – выпуск тестовых банкнот. Ты как раз такую держишь в руках . На таких образцах и тестируются различные элементы, новейшие разработки мирового уровня. Это очень серьезная лабораторная работа. В итоге эмиссия составляет 2–5 тысяч экземпляров тестовых банкнот. Ранее мы уже показывали читателям «Казправды» некоторые из таких банкнот.

– Хорошо помню самую эффектную из них – «Марко Поло». Красив был и проект «Шелковый путь»…

– Эти полноценные образцы печатной продукции нашей банкнотки, они предназначены тем, кто занимается этим делом профессионально. К примеру, «Синяя птица» выпущена тиражом 5 тысяч штук. Мы представили ее на недавней конференции банкнотчиков, и уже на второй день у коллекционеров этот образец стоил 300 евро!

– Чем же она привлекла коллекционеров и банк­нотчиков?

– Новаторством.

– То есть сейчас вы раскроете секрет будущих мировых денег, направление их развития?

– Отчасти да. Но, как понимаешь, не секрет их изготовления. Мы не случайно обратились к известной во всем мире «Синей птице», к Морису Метерлинку – одному из отцов символизма. Многое в этом проекте будет символично.

Сенсацией станет… бумага. Если перейти на просторечье, то она, как тончайшая «слойка»: полимер, покрытый с двух сторон бумагой. Но при этом бумага монолитна, произведена без клея, то есть не делится на слои. К тому же сам «полимер» – это тоже особых свойств бумага.

Новая структура бумаги позволяет не вклеивать прозрачные окна, полосы или символы. За счет свойств бумаги эти элементы создаются при ее производстве. Если посмотреть на тестовую купюру, то видны прозрачное, отдающее синевой оконце в небо и пронизывающая его светом звезда. Небо – это свобода, это высота, а свет звезды озаряет путь. Технически это сложный элемент, который нельзя выполнить кустарно: невозможно нанести на такой полимер краску, которая бы не стиралась. У нас же рисунок падающей звезды переходит с плотной текстуры на прозрачную, что не поддается копированию.

– Разрабатывая тестовую купюру, новую концепцию дизайна, вы применяете ноу-хау ведущих мировых компаний. Но им-то какой интерес делиться?

– В том, чтобы элемент, хорошо отработанный на реальной производственной полиграфической базе, стал общеприменяемым в мире. Интерес и в том, чтобы новые разработки – производителей красок, бумаги, защитных нитей – были адаптированы друг к другу. Но самое главное для партнеров – получить тестовый вариант банкноты, по которому можно судить, как при производстве и использовании ведет себя новация. Технологическая доводка идеи до промышленного образца – не менее трудоемкий процесс, требующий знаний технологов, дизайнеров, полиграфистов, чем появление самой идеи. И поскольку КБФ обладает признанным творческим, техническим, технологическим потенциалом, что подтверждено опытом предыдущих проектов, то понятно, почему сделан выбор в пользу нашей банкнотки.

Поэтому мы говорим, что это – полноценный совместный, взаимовыгодный проект. Ноу-хау – это лишь первая ступень наших поисков: на старте есть только идея на клеточном уровне, объединяя усилия, мы ее воплощаем. В итоге на свет появляется «Синяя птица».

…Как Лионель Месси в футболе

– А в чем интерес банкнотки? Это же, наверное, затраты, и не малые…

– На этих проектах мы не только отрабатываем идеи, дизайнерские концепции будущих денежных знаков, их защиту, познаем весь путь производства и калькуляцию, но и учим наших молодых специалистов. Учим, замечу, на проектах, которые идут на опережение, на формирование будущих тенденций в банкнотном деле. Для самой КБФ интерес в том, что фабрика, будучи оснащена самыми современными машинами, постоянно идет в авангарде общемирового тренда, постоянно совершенствует производство, квалификацию персонала. При этом для мирового рынка этой специфической продукции участие казахстанской банкнотной фабрики в таких проектах – сигнал о том уровне производства и навыков, которые позволяют иметь большое количество заказов из разных стран. Образно говоря, фабрика, выбираемая для размещения таких заказов, должна быть лучшей. Ну, как Лионель Месси в футболе.

– Вам известны фабрики, где еще подобные проек­ты «выстреливают»?

– Тестовые банкноты делают многие, но такие проекты бывают редко. Разработкой идеи для банкнотного производства занимаются единицы, как правило, компании с мировым именем и вековыми наработками. Так что наши партнеры – компании, первые в верхних ступенях профессионального рейтинга, или как SICPA – единственные в своем роде. Поэтому очень престижно, что они выбирают нас.

Для меня это уже третий дизайнерский проект с мировыми лидерами отрасли. После первого проекта в мировое производство банкнот ушел знак Spark, разработанный компанией SICPA. Он впервые был применен на нашей юбилейной банкноте номиналом 5 000 тенге, посвященной его 15-летию. Этот элемент эксперты считают революционным в банкнотном производстве. Банкнота в качестве образца впоследствии была выставлена более чем в 120 банках мира, и, по мнению западноевропейских экспертов, именно она задала новый мировой стандарт безопасности в банкнотном деле. Spark, отработанный на нашей банкноте, был признан лучшим защитным элементом. Он удобен и нужен всем. А наша банкнота в 2008 году была признана организацией IACA самой защищенной в мире. Сейчас Spark применяется на банкнотах нескольких десятков стран: он «ушел» на евро, доллары, швейцарские франки. Нам же было важно – и это удалось – раскрыть те его свойства, до которых сам производитель красок не мог додуматься.

Кстати, также было и с защитным элементом Optics, который мы отрабатывали в аналогичном проекте. Впервые защитная нить Optics появилась на казахстанской десятитысячной купюре, которая была посвящена 20-летию Независимости Казахстана. А теперь знак широко применяется в мире.

Пропуск в Высшую лигу

– При этом купюра, напомню читателям, была признана «Лучшей банкнотой года» на конкурсе Международного банкнотного сообщества (International Bank Note Society – IBNS). Это как «Оскар» – только для банкнот! Напомню также, что IBNS и в этом году назвало новую пятитысячную казахстанскую банкноту из той же серии лучшей, самой красивой в мире! Говорят, ядро дважды в одну воронку не попадает. А тут – такой W-успех.

– В общем, это взаимовыгодно. Партнерам, потому что им нужно идею, которая оформлена в зачаточном виде, довести до массового производства. Им важен ее финал, качество продукта, которое будет востребовано и актуально для всего нашего земного шарика. А для нас (по большому счету, новичков отрасли) это, ко всему прочему, дает возможность войти в Высшую лигу отрасли, где традиции складывались веками.

– Тем не менее банкноты подделывали, подделывают и будут подделывать… Так к чему такие усилия?

– Конечно, подделывают. С самых первых дензнаков. Но сейчас преимущественно – это кустарные самоделки. Имитация удается, но на «клеточном» уровне невозможно копировальной техникой или на принтере воспроизвести новации, о которых мы говорим. Та же краска Spark была разработана для космических технологий, и повторить ее свойство цветопеременности фальшивомонетчики и по сей день не могут. При этом свойства краски очень удобны для потребителей: они видны невооруженным глазом, что позволяет отличить фальшивку от подлинника.

Незначительная часть фальшивок – полиграфические подделки. Но, как правило, за такими «художествами» стоят не кустари. Такие фальшивки, как говорит история, зачастую – это еще и орудие войны…

– Вы сказали о трех уровнях партнерства с мировыми производителями…

– Второй этап – производство памятных и юбилейных банкнот. Последние годы практикуется их регулярный выпуск. Как правило, одна банкнота в год, в соответствии с Концепцией НБ РК, которая утверждена Главой государства. С точки зрения дизайна это один из наиболее любопытных видов продукта. Мы считаем, что не только нумизматы, но и все люди благодаря таким банкнотам, узнают что-то новое о своей стране.

Первый ряд банкнот презентовал новое независимое государство миру, представляя его самобытность, культуру, историю. А по выпущенным затем памятным банкнотам, посвященным Исламской конференции, ОБСЕ, Азиаде, можно было судить о том, какие шаги на каждом этапе развития делает страна, интегрируясь со всем миром, участвуя или проводя мероприятия мирового значения. Эта практика характерна не только нашей республики. Не секрет, что на такие деньги есть спрос: зачастую они оседают в коллекциях нумизматов, или хранятся как реликвии в личных архивах.

Нам же такая работа дает возможность сделать шаг по новым технологическим направлениям. Именно то, что отработано на тестовых банкнотах, уходит в производство. Как правило, тираж памятных банкнот составляет 10–40 миллионов штук, в зависимости от значимости события или темы. По этим тиражам мы можем судить, как ведут себя купюры в обороте, и какие из элементов можно переносить на следующий уровень – циркулярные серии.

– Иногда памятные банкноты – оригинальные, а иногда на базе старого ряда. С чем это связано?

– Все зависит от задач эмиссии. Как правило, на базе работающего ряда выпускаются банкноты, посвященные республиканским событиям. Так меньше затрат, в том числе и на апробацию новых элементов. Оригинальная памятная банкнота – это серьезный шаг и испытание, поскольку здесь мы используем наработки, которые «откатали» на тестовой ступени. В случае позитивного результата мы сможем их применить, выпуская новые циркулярные деньги.

Муза в помощь

– Мендыбай, вы участвовали в разработке первого ряда. Проще ли стало, спустя 20 лет, адаптировать творческие замыслы к техническим возможностям?

– В творческом процессе ничего не поменялось: создать что-то новое всегда сложно. Процесс рождения идеи не изменился: он также заставляет много заниматься, читать. Но в технологическом плане стало намного легче. Хотя я по-прежнему работаю вручную. К примеру, «Синяя птица» зародилась на салфетке в одном из кафе Лозанны. Мы с партнерами обсуждали предстоящий проект, и под рукой не оказалось бумаги, чтобы выразить мысль. Вот тогда мы все стали рисовать свои символы и идеи на хлопковой салфетке. Конечно, потом мы за салфетку заплатили кафе. И теперь она хранится в музее компании Landquart, которая производит всю бумагу для швейцарских франков.

– Вы немало идей принесли в казахстанские тенге. Например, вертикаль. Не пожалели?

– Идея прижилась. Сейчас многие банкнотчики мира ее активно применяют. Недавно Центробанк РФ выпустил вертикальную купюру к Олимпиаде! Я думаю, что в практическом использовании денег это оказалось удобно. В частности, для банкоматов, которые выдают деньги по вертикали. Дизайнерам удобно формировать композицию на вертикальной оси. Сочетание вертикали и горизонтали дает больше творческой свободы, и это очень удобно для размещения защитных элементов.

– На новой тестовой банкноте просвечивает лицо феи. Это намек на возврат портретов?

– Только констатация факта: нам не важно, что изобразить: ветку или портрет. Это просто техническая задача, которую мы можем с легкостью осуществить.

«…За что люблю и почему – сам не пойму»

– Давно объявлено, что тенговый ряд будет меняться…

– Три номинала в обороте, теперь очередь за номиналами 1 000, 500 и 200 тенге. Они будут последовательно выпускаться в обращение.

– А какова идея этого ряда?

– …Просто мир меняется. Меняется, развивается, взрослеет страна. То, что было актуально в начале пути, уже не актуально сегодня. Появились другие реалии, другая символика. Меняются цели. Меняются поколения. И человек сам по себе меняется. Но есть и ценнос­ти вечные. Не меняется понятие Родины. Отчий дом остается домом. Мама остается мамой, а дети – детьми. Когда я работал с банкнотами новой серии, я постоянно вспоминал стихи раннего Магжана Жумабаева:

«Седому пеплу волосы под стать. И лет немало – девяносто пять… Но и такою мать свою люблю... А вот за что люблю и почему – Сам не пойму. Зимой – бураны, летом – миражи, То белый саван, то – желтее ржи, Да, я такою степь свою люблю, А вот за что люблю и почему – Сам не пойму».

– Деньги – сугубо практическая, «торгашеская» материя, а вы в них душу, сердце вкладываете…

– Ну, трудно зафиксировать, сколько там от почки, сколько – от сердца. Просто, когда находишься долго в этой атмосфере, уже мыслишь движением вглубь материи. Это иное… Это – космос. В этих миллиметрах и микронах мы создаем полноценное художественное произведение. Пусть и размер его невелик. Когда работаешь над ним профессионально, как над произведением, по которому будут создавать впечатление о твоей стране, то и сам воспринимаешь будущую банкноту не как дензнак, а как один из символов Родины. Может быть, и кто-то из земляков, взяв новую банкноту, посмотрев на нее, прочувствует такие строки Магжана Жумабаева:

«Степь и просторы, что глаз влекут, Где колышется трава, шелком звеня, Горы высокие, где чистые родники текут, Вот настоящая мать, родившая меня».

Мы ж не специально!

– Некоторые считают, что так часто менять банк­нотные ряды незачем. Дескать, мы идем на поводу производителей бумаги, краски…

– Это полнейшая глупость. Все равно, что сказать: «тойота» поменяла фары с квадратных на круглые, потому что ей их навязали поставщики, а не потому, что их параметры лучше.

– Понимаю, что всех своих детей любишь одинаково… Но есть ли у вас самые любимые?

– Десятитысячная, что с барсом, которая также удостоилась профессиональной награды – IACA как лучшая в мире банкнота в 2007 году. Я рад, что мое мнение о ней совпало с мнением всех участников отбора, а затем и конкурсной комиссии. Мне нравились и старые пятитысячные банкноты – цвета густого красного вина.

А из новых – 2 тысячи. Я бы сказал, что она… как девушка: юная, нежная, чистая. Удивительный цвет получился. Многие дизайнеры делают все шаблонно лишь то, что компьютер может. Я же, имея большой типографский опыт, работая над банкнотой, сам вручную гравирую, делаю офорты, применяю ксилографию, линогравюры. Целый день с головы до ног в краске. И так – недели, месяцы. Это совсем другой творческий процесс. И когда переносишь сам с машины на бумагу… Это иные ощущения: я будто сам печатной формой становлюсь!

К сожалению, теперь эти приемы мало кто знает. Я же применяю, потому что сам – из другой эпохи. Вот и совмещаю ХIХ и ХХ века с веком ХХI. Более того, считаю, что со времен Иоганна Гуттенберга в нашем деле ничего не поменялось!

Когда же я говорю об этом в типографии, меня вначале не понимают. Как, к примеру, говорят, можно сделать двойное покрытие краски: этого нет в учебниках! Когда я говорю, что можно и нужно так делать, они приходят в ужас. А когда видят результат, понимают, как это сделано, то в мастерстве на следующую ступень поднимаются.

Поэтому у нас и цвета банкнот получаются иные. Как, например, в новой пятитысячной. Мы по ее поводу долго спорили: почти как в «Мимино»: «Какой колер будем красить? – Не нравится – бери и сам крась!». Но все в итоге вышло. И я рад, хотя и удивлен, что наш поиск и результат отмечен премией IBNS. Потому что два года подряд становится победителем интернет-голосования профессионалов за банкноты одной страны, одной серии – немыслимо в нашем деле.

– Удивили мир!

– Не специально же: мы делаем деньги, а не бомбу или сенсацию! Но теперь на конференциях все ждут, что казахи опять напечатают!

– Так и хочется про 20-тысячную спросить...

– Не отвечу. Всему свое время. Но скажу, что «Синяя птица» – это та высокая ступень банкнотного производства, на которую мы поднимемся к своему 20-летию. И по ней будет понятно, какой путь мы прошли.

– Профессионалы говорят, что наши банкноты с самого начала взяли высокую планку: за первый, хорошо сделанный ряд казахстанских тенге фабрику «Харрисон и сыновья» английская королева наградила золотым знаком. А группа казахстанских художников под эту отметку не попала?

– Нет. Это была награда фабрике за качественно выполненный иностранный заказ. Тогда это была небольшая компания. И после этого она зазвучала на весь мир.

– Наверное, про вас кто-то думает: вот счастливый – может себе денег сколько угодно нарисовать…

– Больше, чем зарплата, не нарисуешь! А остальное – не мое.

– И в какой момент вы понимаете, что банкнота перестала быть вашим личным произведением, а стала деньгой!?

– Только когда расплачиваюсь ею!

– Вы продолжаете писать свои картины и выставляться?

– В эти дни открылась выставка моих ранних и новых работ в Национальном Банке. Вторая выставка открывается в Лондоне – в Музее дизайна. Там же в декабре нам вручат награду IBNS за самую красивую в мире банкноту 2012 года. Третья моя выставка сейчас открывается в Мюнхене, на ней будут представлены банкноты и живопись.

– В какой манере вы работаете сейчас – и вопрос не о банкнотах?

– Направление выбираю в зависимости от объекта и настроения. Если хочется цвета – ухожу в фовизм (от французского les fauves – дикие звери, направление так окрестили за «дикую» выразительность красок). Если пишу угловатые предметы – ухожу в кубизм. А иногда возникает ностальгия по соцреализму. И я возвращаюсь в то время. А почему бы и нет? Если это позволяет выразить чувства, настроение, эмоции.

По материалам статьи: "Номиналы высокого искусства"

Ваша корзина еще пуста
Новинки на сайте
Хотите нам продать? Подайте заявку!
Аукцион в прямом эфире

Нумизматический магазин Proof Kazakhstan - продажа и покупка коллекционных монет в Казахстане.

Мы предлагаем коллекционные монеты и банкноты, или как их еще называют юбилейные или сувенирные монеты из драгоценных металлов и боны различных стран мира. Монеты выпускаются ограниченным тиражом и являются отличной инвестицией в будущее. У нас вы можете купить монеты, странами-эмитентами которых являются как Казахстан (Монетный двор Казахстана), так и иностранные государства, преимущественно Ниуэ, Канада, Остров Кука, Новая Зеландия и др.

Выпуск таких монет приурочен к различным памятным событиям, знаменитым людям, городам, свершениям. Также такие монеты часто выпускаются определенными сериями. Каждая серия принадлежит различной тематике: флора и фауна, государственные праздники, космос, спорт, история и т.д.

Мы предлагаем коллекционные монеты из золота и серебра высшей пробы, некоторые из которых могут содержать в себе драгоценные камни, стразы Своровски, жемчужины и иные декор-элементы.  

Коллекционные или как их еще называют памятные монеты являются как отличным долгосрочным вложением, так и необычным, респектабельным подарком. Купить коллекционные монеты и банкноты мира можно в нашем магазине, который находится в г.Алматы, ул.Фурманова 48 (уг. ул. Макатаева). У нас есть большой ассортимент как современных монет и купюр мира, так и старых банкнот царской России, а также монеты Николая второго и другие более серьезные нумизматические экземпляры.

Мы в социальных сетях: